Астэри
Название: Обратная сторона некромантии.
Автор: Астэри
Бета: ~~~Аристократка~~~
Категория: The Elder Scrolls IV: Oblivion, The Elder Scrolls V: Skyrim.
Рейтинг: R.
Персонажи и пейринги: парочка оригинальных, состав Темного братства из обеих игр.
Жанр: фентези, романтика, юмор, драма.
Аннотация: О том, как справиться с двухсотлетним призраком Люсьена Лашанса и вернуть себе крепкий сон.
Предупреждения: ООС, отхождение от оригинала, несостыковка с каноном, розовые сопли, прочее безбожное перекраивание на свой лад.
От автора: писала в свое удовольствие, так что вряд ли могу похвастаться драйвовым сюжетом. В любом случае желаю приятного прочтения))
Статус: в процессе (планируется 50-70 страниц).

Часть 1.


Вот уже полчаса старый и страдающий от низкого давления Нелс пытался оттереть пятно засохшей крови со скрипучего стола. Стоило ему лишь отвлечься на бродячего барда, избравшего довольно провокационную песню для своего не особо талантливого исполнения, как нос безликого (теперь уже) клиента со страшной силой врезался в деревянный угол исцарапанной столешницы. Недовольный жизнью человек, придавший клиенту ускорение в виде удара по шее, незамедлительно выбежал прямо в метель, так что Нелсу оставалось лишь горестно вздыхать, скрести стойку песком из своего собственного ограниченного запаса, да следить, чтобы обладатель расквашенного носа не отнимал мешочек со льдом от опухшей и пунцовеющей области своего лица. Уж чего-чего, а льда и снега вокруг было предостаточно.
Шла середина месяца Вечерней звезды, так что редкие постояльцы, незнамо как попавшие в эту скалистую и промороженную до самых недр часть Скайрима, не задерживались слишком долго в «Ночных воротах», а спешили поскорее перебраться в южные города. Чаще всего в Рифтен, реже в Вайтран и всего несколько смельчаков за последние пару месяцев рискнули избрать Маркарт целью своего путешествия. Иногда Нелс даже сомневался, стоит ли растапливать весь очаг ради парочки каких-то хамоватых проходимцев бандитской внешности. Совсем не радовало почти каждую неделю тащиться за дровами к опушке елового леса, увязая в снегу по колено, и затем плестись обратно, ежеминутно охая от боли в натруженных суставах. Посылать вместо себя внука было еще менее разумно – мальчишка только недавно поднялся на ноги после болезни и теперь становится белым, как полотно, стоило ему лишь поднять что-то потяжелее метлы.
Запас древесины как раз подходит к концу, так что завтра придется снова кутаться в несколько слоев одежды и выходить на морозный воздух, от которого борода в один момент покроется инеем. И ничего с этим не поделаешь.
Так что Нелс продолжал сокрушенно елозить тряпкой по столу, слушать, как песчинки царапают потемневшее, отполированное частыми протираниями дерево, краем одного глаза следить за внуком, который в этот момент рискнул оттащить в подвал мешок с опилками, краем другого – за охающим постояльцем с разбитым лицом. Метель неистово билась о бревенчатые стены, безостановочно выла на заснеженном чердаке, и этими постоянными напоминаниями о себе только сильнее портила старику настроение. А когда дверь таверны распахнулась во всю ширь, впустив внутрь веер из комьев снега, и вынудив заворчавших посетителей подвинуть стулья ближе к тлеющим углям очага, то ему вообще захотелось запустить тряпкой (а может еще и стойкой, если здоровье позволит) в незваного гостя. Гостью, если быть точнее.
Спрятав тряпку за спину, старик почти сразу заметил, что с поздней посетительницей приключилось нечто странное. Она с трудом волочила за собой подкошенные ноги, постоянно смотрела в пол и при каждом шаге ее голова беспомощно покачивалась из стороны в сторону. А правая рука, поднятая над головой и согнутая в локте, выглядела так, словно девушка опиралась на что-то невидимое.
До Нелса все дошло только через полминуты. А подскочивший на месте внук заставил мельком возгордиться от мысли о таком крепком родстве, что они оба даже думают с одинаковой скоростью.
- Призрак! – вскричал мальчик с совершенно круглыми, как два септима, глазами, и швырнул увесистую картофелину в сторону входной двери. Девушку повело в сторону, и картофелина пролетела через ее смутно различимую опору, выкатившись на улицу.
- Йован! – хозяин таверны одернул внука и поспешно выбрался из-за стойки. – Не ори, как дурак деревенский. И тем более не бросайся едой.
- Но… это же мертвец, - прошептал мальчишка в священном ужасе. Глаза стали еще круглее, хотя это и казалось невозможным.
Нелс и сам прекрасно видел, с кем имеет дело. Тускло очерченный силуэт становился четче с каждым шагом, и вот хозяин таверны уже смог разглядеть, что в тех местах, где тело девушки соприкасалось с призраком, ее темная одежда практически заледенела и наверняка примерзла к коже.
- Верно, я мертвец. А вот она пока еще нет, - недовольно огрызнулся полупрозрачный человек в капюшоне и повернул голову к старику. – Комнату, милейший. И лекаря.
Нелс повидал всякого на своем веку. И хотя встретить хаджитку в такое время года было большой редкостью, а лицезрение неупокоенного вообще приравнивалось к книжным чудесам, он все равно постарался не выказывать удивления.
«Не хочу знать, не хочу знать…»
Поглазеет он после… а вот с обслуживающим (и впоследствии денежным) вопросом следовало разобраться незамедлительно.
Парочка проходимцев бандитского вида поспешно поднялась и вызвалась помочь дотащить бессознательную девушку до ее комнаты. Нос одного из них приобрел несколько пунцовый оттенок, и был похож на что угодно, но только не на нос. В другое время старик им и мытье посуды не доверил бы, но пострадавшая выглядела до такой степени закоченевшей, что выпрямлять ей ноги и согнутую руку, подстраивая под свой старческий шаг, было попросту страшно.
Девушка с трудом размыкала посиневшие губы и беззвучно шептала что-то неразборчивое, когда ее с осторожностью укладывали на узкую койку. Выглядела она, мягко говоря, не особо жизнеутверждающе. Ресницы смерзлись, ткань одежды задубела и не сгибалась под пальцами, а из-под воротника по шее расплывалось пугающего вида алое пятно. Или кровоподтек, или обморожение, и ни тот ни другой вариант не приносили никакой радости. Призрак маячил в дверном проеме, беззвучно наблюдал за тем, как ее укутывают в одеяла вперемешку с меховыми шкурами, и не делал ни шагу в комнату. И хотя он находился в паре метров от Нелса, старик уже едва мог чувствовать свои пальцы.
- Йован, нагрей воду и возьми побольше чистой одежды.
- Ты знаешь, что нужно делать? – с плохо скрываемым восхищением произнес внук.
- Конечно, знаю, - с таким же плохо скрываемым самодовольством ответил хозяин. – Ты не представляешь, сколько людей отморозили бы свои уши, если б не моя помощь.
- А она разве человек?
Неизвестно было, кто этот вопрос задал, но прислушались к нему все без исключения. Побелевшие, местами обломанные до основания усы, превратившийся в ледышку хвост неопределенной расцветки и когтистые лапы нельзя было посчитать признаками нормального человека. Кто знает, вдруг с ней нужно обращаться совсем иначе.
- Ну, это и неважно, - пробурчал задетый за живое Нелс. – Зверей мне тоже приходилось спасать.
- А она разве зверь?
Собрание начинающих врачевателей еще минуту изображало бурную умственную деятельность, задумчиво шевелило бровями и, в конце концов, пришло к выводу, что лучше бы оставить это дело настоящему профессионалу.
- Йован, быстро в деревню! – рявкнул оскорбленный дед, в полной мере осознав свою бесполезность.
Стоило Йовану представить бушующий снаружи буран и свое собственное, заключенное в ледяной гроб тело, как его лицо приобрело цвет свежемолотой пшеничной муки. И в тот момент, когда удрученный Нелс уже собрался прошаркать в свою комнату за сапогами, неразборчивое бормотание полубесчувственной хаджитки приобрело некоторую ясность для слушателей.
- Ненавижу… отстань… убирайся обратно в свою дыру…
Все живые и здоровые люди отступили от кровати на полшага и с обвинительными физиономиями повернулись к туманному силуэту в проеме.
- О ком это она? – старик смерил призрака подозрительным взглядом. – Уж не твоих ли рук это дело?
- Ну, что вы… Это был снежный тролль, - Люсьен моментально принял наиболее невинную позу и даже сокрушенно покачал головой в капюшоне. – Она бежала почти всю ночь, оступилась в темноте и упала в озеро. Насилу вытащил.
- А до этого ты где был?
- Сражался со вторым снежным троллем.
Все присутствующие уважительно присвистнули. Девушка тем временем тискала в руках оборванный край медвежьей шкуры и хныкала на одной ноте:
- Уйди от меня… уйдиии…
- Бедняжка, - сочувственно промурлыкал призрак, с бесконечной жалостью всматриваясь в ее лицо. - Если бы не я, кто знает, что с ней бы сделалось…
Когда Нелс, закутавшись до такой степени, что поднять руки выше уровня плеч было едва ли возможно, пробирался между столами к входной двери, то услышал, как мертвый человек в капюшоне обращается к двум проходимцам, вызвавшимся помочь с его спутницей. И тон его не имел ничего общего с тем, как он разговаривал в присутствии хозяина трактира.
- Пошли вон, пока я еще добрый. Но сначала ты, синемордая прелестница со сливой вместо носа. Положи ее кошелек на место, иначе возьму себе столько же твоих пальцев, сколько в этом кошельке монет. А ты, свинья, не думай, что я не заметил, как твоя грабля полезла ей за пазуху. Для тебя я добрым не буду, так что задержись-ка на минутку…
Обладатель расквашенного носа вылетел в общую залу с такой скоростью, будто его еще и пнули вдогонку. Старая и подточенная насекомыми дверь, ведущая в комнату с замерзшей до полусмерти девушкой, с грохотом захлопнулась, и Нелс услышал скрежет ключа в старом замке.
«Не хочу знать, не хочу знать…» - повторил он про себя и ухватился за дверную ручку, впуская внутрь ледяной ветер и колючий снег.

***

Когда сонный и томительный щебет вечерних птиц сменился оглушительным стрекотом сверчков, мучительно нервничающая Неминда поднялась на ноги. Из крохотного окошка было видно, как погас огненный отблеск факелов, ранее отражавшийся в каплях дождевой воды на карнизе соломенной крыши. Ощущая, как ночная прохлада холодит щеки, она вынула кинжал из наспех купленных ножен в одном из городских переулков и оставила на деревянном изголовье кровати очередную зарубку. Тяжелый и сбалансированный, покрытый сложной вязью золотых узоров, он был похож скорее на предмет декора, чем на орудие убийства. Широкое и короткое лезвие казалось обманчиво безопасным, вот и приходилось раз за разом убеждаться в том, как легко кинжал входит в посеревшее от старости дерево и так же легко выскальзывает наружу. Данмерка судорожно вздохнула, представив, что будет, если провести по заточенной кромке пальцем. Затем добралась до двери и вышла в пахнувший сыростью коридор, задержав дыхание и пытаясь при этом успокоиться.
Таверна «Дурное знамение», больше смахивающая на какой-то потрепанный временем сарай, находилась в стороне от размокшей после дождя дороги и всем своим видом говорила о том, что прийти сюда было очень плохой идеей. Неминда ухитрилась покрыть непривычно большое расстояние за каких-то пару дней, и отвыкшие от сильной нагрузки ноги еле сгибались, упрямо не желая повиноваться хозяйке. В любой другой ситуации она упала бы прямо на не вызывающую доверия (и явно кишащую клопами) кровать, и моментально уснула, рискуя напороться во сне на свое же оружие. Но сейчас не хотелось даже закрывать глаза, хоть от усталости и возникло такое ощущение, будто под веки насыпали песка. Все оставшиеся силы уходили на то, чтобы ровно дышать и контролировать собственное тело, потому что без этой своеобразной медитации конечности то и дело начинали подрагивать от все возрастающего страха.
«Что мне делать?» - спрашивала она у себя, когда проснулась в своей комнате в городе, взглянула на неубранный с вечерней трапезы стол и без труда вспомнила события, ставшие причиной кошмаров, преследовавших ее всю ночь. «Что мне делать?» - с легкой паникой думала она, когда выходила из ворот Имперского города, сытая, удобно одетая и вооруженная дорогим кинжалом, полученным при чрезвычайно странных обстоятельствах. «Что мне делать?!» - панически проскулила она сейчас, когда спускалась по скрипучей лестнице и уже видела из проема край угловатой трактирной стойки, чью тусклую и грязную поверхность освещала угасающая свеча.
Ей с самого начала своего утомительного путешествия очень хотелось нарваться на непреодолимое препятствие, помеху или проблему, которая помогла бы ей махнуть рукой на неожиданное задание, выбросить кинжал в ближайшее озеро и навсегда забыть о тех фанатичных глазах с красным отблеском, глядевших на нее так снисходительно, и в то же время… жадно? Но за эти пару дней она не обнаружила даже упавшего бревна, которое могло бы со всей возможной символичностью перечертить ей дорогу. Три раза ей предлагали помощь фермеры с повозками, доверху нагруженными овощами для рынка в Лейавине. Заспанный королевский стражник, патрулировавший Имперский тракт, обеспокоенно осведомился, не потерялась ли она, и чуть было не привез ее лично в эту самую таверну. И даже хозяин таверны, доброжелательный и изнывающий со скуки в таком отдаленном от городов месте, в подробностях расписал ей, как пройти к комнате этого самого Руфио, хотя она посмела только вскользь намекнуть на то, что ищет его. Казалось, что целый мир упрямо толкает ее в спину, потому что его невероятно повеселило ее первое убийство, и теперь хочется еще раз понаблюдать за подобной клоунадой. Несчастная Неминда спустилась к самой стойке, за которой слышалось сопение крепко спящего хозяина этого гостеприимного клоповника, и застыла перед свечой, так и впившись в язычок пламени ноющими глазами, уже привыкшими к недавней темноте. Половина пути пройдена, хоть и сопровождалось это продвижение незамутненной, едва поддающейся контролю паникой. Осталось только спуститься в подвальные помещения, отыскать его комнату и ударить кинжалом сверху вниз. Больше всего хотелось развернуться, вылететь через входную дверь и всю ночь бежать по ночному тракту, не задумываясь о тех ужасах, которые с наступлением темноты выползают из своих убежищ и поджидают наивных спутников в придорожном кустарнике.
Понимая, что если она не решится хоть на какое-нибудь действие, то так и простоит перед стойкой до первых петухов, Неминда решила сменить тактику и утихомирить себя несколько иным способом.
«Чем быстрее это сделаю, тем быстрее все закончится».
Логика подобного умозаключения прямо-таки била через край, но ее это почему-то немного успокоило. И что странно – с того самого утра после встречи с умалишенным фанатиком в черной мантии ей и в голову не приходило, что же будет дальше, после Руфио. На этом незнакомом безликом человеке сходились все ее мысли, и она почему-то считала, что после его убийства тот опасный тип в капюшоне оставит ее в покое. О том, что он упоминал о каком-то вступлении, она и думать забыла. Зато от осознания того, что он отыщет ее в любом случае и в любом месте мурашки бежали по коже.
«Чем быстрее это сделаю…» - дверь подвала со скрипом повернулась на ржавых, несмазанных петлях. Единственным источником света был мрачный, багровеющий огонек на затухающем фитиле, так что первые несколько ступенек нельзя было разглядеть в кромешной темноте. Зато внизу, напротив лестницы, вырисовывались очертания запертой двери, и уходящий право коридор, в котором, скорее всего, горел масляный светильник.
«…Тем быстрее все закончится».
Первая ступенька мягко прогнулась под ногой, как только она нашарила опору и начала спускаться. Даже через подошву дорожных сандалий она была холодная и скользкая. Наверняка, еще и отсыревшая до крайности. Неминда живо представила, как она становится на эту ступеньку обеими ногами, из любопытства подпрыгивает и падает прямо в темноту, проломив влажные доски, распоров себе что-нибудь о торчащие обломки и раздробив челюсть о край ступеньки, находящейся ниже сломанной. Не успела она и глазом моргнуть, как уже стояла у той самой двери напротив лестницы, тяжело дыша и испуганно взирая на мотылька, бьющегося о стеклянный купол светильника. Тени его крыльев метались по обшарпанным стенам, и от этого Неминде на целое мгновение стало так жутко, что тело само двинулось в обратном направлении. Позорному бегству помешала лишь мысль о том, что ей придется подниматься обратно по тем же самым чертовым ступенькам.
«Чем быстрее я это сделаю! Будь оно проклято!»
Его дверь была предпоследней слева. Оставалось только удивляться человеку, у которого хватило смелости заночевать в подобном месте. И что самое абсурдное – на щербатой, и покрытой торчащими щепками поверхности отсутствовал даже малейший намек на замок или засов. Когда Неминда, немного осмелев, толкнула дверь одним пальцем (и, несмотря на осторожность, все равно напоролась на щепку), то та безо всякого сопротивления бесшумно открылась и мягко стукнулась о стену.
«Вы… издеваетесь, да? Может, это ловушка?»
Все оказалось так легко, что ей захотелось захныкать в голос от дикой паранойи. Почему он даже не подпер ее чем-нибудь тяжелым? Почему не попросил комнату с замком, это же всего лишь две лишних монеты? И почему он, во имя Азуры, сейчас спит на каком-то тюфяке сном младенца?!
Понимая, что ее силуэт выглядит довольно драматично в распахнутом дверном проеме, она поспешила пробраться внутрь. Ни окошком, ни каким-либо другим способом циркуляции воздуха эта комната не располагала, да и бутылки, валяющиеся рядом с патлатой головой спящего, радости не приносили, так что желание немедленно сбежать отсюда на улицу усилилось в разы. И вместе с тем Неминда осознала, что если она закроет за собой дверь, то будет сложно не то, что убить человека, но хотя бы избежать контакта с острыми углами предметов обихода, расставленных весьма скудно, но все же…
«Чем быстрее… тем быстрее».
Кинжал с легкостью покинул богато украшенные ножны из черной кожи и удобно лег в правую руку. Одно движение – и от нее, наконец-то, отстанут. Чиркнуть лезвием по шее, дождаться следующего – и последнего – визита этого Лашанса, вручить ему окровавленное оружие и сказать: «Простите, я попробовала, мне не понравилось… можно я пойду теперь?»
«В следующий раз будешь спать в месте, которое я сочту безопасным, я явлюсь тебе еще раз, неся с собой любовь твоей новой семьи…»
Внезапно смутившись, данмерка с раздражением уставилась в сторону, словно прятала взгляд от собеседника, которого здесь и в помине не было.
«Идеальный момент для того, чтобы об этом вспомнить… Как всегда отличная работа, Неминда».
В этот момент Руфио открыл глаза. Потускневшие от старости, покрасневшие от количества выпитого эля, они, тем не менее, вполне ясно уставились на девушку, и на кинжал, зажатый в дрогнувшей руке. И вот теперь опешившая Неминда поняла, что весь мир, толкавший ее в спину на протяжении нескольких последних дней, все-таки дождался столь желанного для себя развлечения.

@темы: Drama, Humor, R, Romance, TES IV, TES V